Эммаус-Никополь

Период крестовых походов (1099-1260 гг.)

Готфрид Бульонский

С самого начала периода Крестовых походов, сведения об Эммаусе являются весьма отрывочными. Летописцы первого Крестового Похода помещают Эммаус при долине Айалон, там же его упоминают паломники с христианского Востока и мусульмане. Христианские паломники из западной Европы упоминают Эммаус ближе к Иерусалиму, в районе Абу-Гоша или Моцы.

Митрополит Евхаитский Иоанн (Мавроп) уже в 11-ом веке свидетельствует о разных мнениях, касательно местоположения Эммауса (см. Раннеарабский период). Фактическое же появление «альтернативного» Эммауса в районе Абу-Гоша происходит, согласно исследователям, в середине 12-го века. (Об этом см. ниже. См. также Частые вопросы об Эммаусе, вопрос 7)

В эпоху крестоносцев, таким образом, по крайней мере два места были идентифицированы, как Эммаус. Первый, Эммаус в долине Айалон, находился близ крепости Тамплиеров Торон (Латрун). В этом месте до 1187-го года было сельскохозяйственное поселение, включавшее храм, построенный крестоносцами (Тамплиерами?), использовавшийся для богослужения западными, а возможно и восточными христианами.

Второй Эммаус находился в районе нынешнего Абу-Гоша, там был храм, построенный крестоносцами (Госпитальерами?), куда западные паломники, начиная с середины 12 века, приходили через Эйн-Карем.

Оба Эммауса были связаны в памяти крестоносцев с Модиином и Маккавеями, под влиянием Первой книги Маккавеев, и оба именовались Никополем, под влиянием византийских письменных источников. (См.: Denys Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1993, т. 1, стр. 1-17, 52-59, см. здесь, Ronnie Ellenblum, «Frankish rural settlement in the Latin Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1998, стр. 109-118).

О возможном существовании в эпоху Крестовых походов третьего Эммауса в районе селения Моца, см. Частые вопросы об Эммаусе, вопросы 3 и 7

Путь Первого Крестового похода на Иерусалим лежал через Эммаус (Латрун). В начале июня 1099 крестоносцы оставляют город Рамле и доходят до Эммауса, где совершают остановку, перед тем, как продолжить путь на Иерусалим.

Путь Первого Крестового похода

Мнения исследователей касательно местоположения привала в Эммаусе расходятся. Так, Ф.-М. Абель (Vincent, Abel, «Emmaüs», Paris, 1932, стр. 382 и 386, см. здесь) допускает возможность того, что это событие имело место в нынешнем Абу Гоше. Существуют, однако, веские доводы в пользу привала в Эммаусе при долине Айалон.

Покинув Рамле, армия крестоносцев могла пройти за один день не более 18 километров. Об этом в другом контексте свидетельствует мусульманский историк 12-го века Баха ад-Дин:

«…Наши войска ушли оттуда, где находились противники, и вернулись в ан-Натрун (Латрун). От того места до Яффы войско доходит за два или три обычных дневных перехода.»

(Баха ад-Дин, «Саладин, победитель крестоносцев», ч. 1, гл. 7, А. Владимирский, пер., СПб, 2009, стр. 25)

Расстояние от Яффы до Латруна равно приблизительно 36 км., причем Рамла находится на полпути между ними. Таким образом, можно предположить, что привал крестоносцев имел место на расстоянии ок. 18 км от Рамлы, то есть близ Эммауса-Никополя.

Из всех летописцев Первого крестового похода первым о привале крестоносцев в Эммаусе упоминает французский каноник Фульхерий из города Шартра, лично не участвовавший в походе на Иерусалим, но поселившийся в Святом граде вскоре после описываемых событий. Первая часть его «Иерусалимской истории», написанная между 1100 и 1106 годами, является одним из важнейших источников информации о Первом Крестовом походе. Она основана на современных ему письмах и документах.

«Тогда они (крестоносцы) оставили справа прибрежный район и городок Арсур (Арсуф) и прошли через город под названием Рама или Аримафея (Рамла), жители которого, сарацины, бежали за день до прихода франков. Здесь они нашли много провизии, которую погрузили на вьючных животных, чтобы везти к Иерусалиму. После четырехдневной остановки в том месте, назначив епископа храма Святого Георгия, и поместив охрану в городские цитадели, они снова отправились в путь к Иерусалиму. В тот день они дошли до селения, называвшегося Эммаус, возле которого был Модиин, город Маккавеев. На следующую ночь, сотня лучших воинов взнуздала лошадей. При первых лучах рассвета они миновали Иерусалим и поспешно направились к Вифлеему. Среди них были Танкред и Болдуин ... Обративши к Богу молитву в храме Присноблаженной Марии, они посетили место Рождества Христова, и обменявшись поцелуем мира с сирийцами (т. е. с местными христианами), они быстро вернулись к Святому граду Иерусалиму. Но вот и основное войско приближалось. Гаваон, на расстоянии пяти и трех четвертей мили от Иерусалима, остался слева. Здесь Иисус Навин отдавал приказы солнцу и луне. Они приблизились к городу. Как только авангард, несший стяги, был замечен жителями, немедленно враг вышел (из города и напал) на него. Но те, что так поспешно вышли из города, вскоре были вынуждены столь же поспешно туда вернуться.

Июнь был согрет уже теплом своего седьмого солнца,

Когда франки взяли Иерусалим в осаду.»

(Фульхерий Шартрский, «Иерусалимская история», книга I, гл. 25, перевод наш с издания: «Fulcherii Carnotensis Historia Hierosolymitana», H. Hagenmeyer, изд., Heidelberg, 1913, стр. 275-281, см. здесь).

Фульхерий утверждает, что крестоносцы прибыли в Эммаус в тот же день по выходе из Рамле. Армия, как мы видели выше, не могла пройти 35 км за один день, чтобы достигнуть района Абу-Гоша. Упоминание Фульхерием города Модиина возле Эммауса также указывает на Эммаус в долине Айалон (следует учесть, однако, что во времена крестоносцев Модиин помещали и близ нынешнего Абу Гоша (см. ниже об идентификации Эммауса в Абу Гоше).

Следующий по времени летописец Первого Крестового похода, Бартольф из Нанжи, в своей хронике «Gesta Francorum Iherusalem expugnatium», написанной около 1108 года, основывается, в основном, на труде Фульхерия, но прибавляет и другие детали. Об остановке крестоносцев в Эммаусе он упоминает в следующих словах:

«Воодушевленные франки, полагаясь на Милосердие Божие, что Он поможет им благодатью Духа Святого… рукоположили епископа в храме Святого Георгия, основанного чудесным образом близ города Рамулы, поместили стражей в цитаделях вокруг храма, и в тот же день дошли до селения, называемого Эммаус, в шестидесяти стадиях от Иерусалима.»

(Бартольф из Нанжи, «Деяния франков при завоевании Иерусалима», глава 29, перевод наш с издания: «Recueil des historiens des croisades», «Historiens occidentaux», т. 3, Paris, 1866, стр. 508-509, см. здесь).

Упоминание 60 стадий (12 км. от Иерусалима) не соответствует местоположению Эммауса близ Латруна, однако оно могло появиться у Бартольфа под влиянием известных ему рукописей Евангелия от Луки, содержавших в гл. 24, стих 13 расстояние 60 стадий.

Каноник Альберт из Аахена, живший в первой половине 12-го века, никогда не посещавший Святую Землю, написал свою собственную историю Первого Крестового похода, основываясь на письменных и устных рассказах участников событий.

Его труд, «Historia Hierosolymitanae expeditionis», не зависит по содержанию от известных нам летописей. Вот что он пишет о привале крестоносцев близ Эммауса:

«На четвертый день утром пилигримы покинули город Рамлу и, продолжая своё путешествие, решили достичь того места, где начинаются горы, посреди которых находится город Иерусалим. В этом месте, однако, обнаружилась сильная нехватка воды. Узнав от проводника-сарацина, что в селении Эммаус, на расстоянии трех (вариант: двух) миль оттуда, имелись цистерны и источники воды живой, они послали сильный отряд оруженосцев, который вернулся не только с большим количеством воды, но вдобавок привез ещё и много корма для лошадей. В этом месте в ту же ночь они видели затмение Луны, 15-ой по счету; планета полностью потеряла свой блеск и до полуночи была окрашена в цвет крови. Всех, видевших это, охватил бы сильный страх, если бы не несколько людей, разбиравшихся в звездах, которые успокоили их. Они говорили, что чудо это отнюдь не являлось злым предзнаменованием для христиан, и что это потемнение Луны, это изменение ее цвета в кровь, предвещали, без сомнения, гибель сарацинам. Они утверждали, в то же время, что затмение Солнца могло бы стать опасным знамением для пилигримов. В то время как вся армия христиан стояла лагерем в тех местах, при Иерусалимских горах, когда день начал склоняться к вечеру, герцогу Годфриду возвестили о делегации христиан из города Вифлеема, в основном тех, которых турки изгнали из Иерусалима, преследуя угрозами и обвиняя их в предательстве по случаю прибытия пилигримов в страну. Они пришли просить, во имя Господа Иисуса Христа, чтобы армия продолжила свой ход без задержки, чтобы прийти им на помощь… Герцог, выслушав их просьбы, и проинформированный ими об опасностях, которым подвергались христиане, выбрал из лагеря и из войска около ста рыцарей в доспехах, которых немедленно послал вперед, чтобы прийти на помощь бедствующим христианам, собравшимся в Вифлееме… Послушные приказам христианского герцога, они взнуздали лошадей и, торопясь, проскакали в течение ночи расстояние шести миль, прибыв в Вифлеем на рассвете... Как только христианские рыцари покинули лагерь, слух о делегации из Вифлеема, приходившей к герцогу, дошел до всех вождей армии. Так что уже среди ночи, все христиане, и большие, и малые, свернули лагерь и отправились в путь по узким дорогам, через ущелья и изгибы холмов… Все от мала до велика, спешили, подстрекаемые одним и тем же желанием скорее достичь Иерусалима…»

(Альберт Аахенский, «История похода на Иерусалим», Книга V, гл. 43-45, написано между 1125 и 1150 гг., перевод наш с издания: «Recueil des historiens des croisades», «Historiens occidentaux», т. 3, Paris, 1866, стр. 461-462, см. здесь).

Cогласно Альберту Аахенскому, крестоносцы совершили привал перед Иерусалимскими горами, то есть, близ Эммауса в долине Айалон. Расстояние шести миль, которое, согласно летописцу, отделяло лагерь крестоносцев от Вифлеема, также соответствует местоположению Эммауса-Никополя, если предположить, что речь здесь идет о немецкой миле, равной приблизительно 7 км. Селение Эммаус, упоминаемое Альбертом на расстоянии 3 миль от лагеря крестоносцев, может соответствовать, в таком случае, Абу-Гошу.

Вильгельм (Гийом), архиепископ Тирский, не был современником Первого Крестового похода, однако он родился и вырос в Иерусалиме в начале 12-го века, и его летопись «Historia rerum in partibus transmarinis gestarum» (написанная в 1170-1184 гг.) является одним из важнейших источников информации об этом периоде. В ней автор основывается на более древних исторических источниках, в том числе до нас не дошедших. Вильгельм описывает привал крестоносцев в Эммаусе следующим образом:

«Проведя три дня в Рамле, князья поставили стражей для защиты наиболее укрепленной части города от козней врага и приготовились возобновить поход к своей цели. Ведомые опытными людьми, хорошо знавшими страну, они пришли в Никополь. Никополь является одним из городов Палестины. Когда он был еще только селом, он был упомянут в священных книгах Евангелия как Эммаус. Св. Евангелист Лука говорит, что он находится на расстоянии шестидесяти стадий от Иерусалима. В шестой книге Трехчастной истории Созомен говорит об этом месте следующее:

"После того, как римляне завоевали Иудею и опустошили Иерусалим, они назвали Эммаус Никополем в ознаменование этой победы. Перед городом, на пересечении дорог, где Христос, как известно, шел с Клеопой после Своего воскресения, как будто бы направляясь к другому селению, есть источник целебных вод. Здесь болезни людей смываются и различные заболевания, от которых страдают низшие животные, также излечиваются. Этот феномен объясняется преданием, которое гласит, что во время некоего путешествия, Христос пришел со своими учениками к тому источнику и сам омыл ноги в его водах; и с этого времени его воды стали средством от всех недугов". Вот что говорит вышеупомянутый историк о селении Эммаус.

Христиане провели ту ночь мирно, наслаждаясь обильным количеством воды и достатком необходимых продуктов питания. Около полуночи прибыли посланцы от верных, живших в Вифлееме. Они пришли, чтобы самым решительным образом просить герцога Годфрида, направить туда часть своего войска. Ибо враги из всех соседних городов и селений направлялись в спешке в Иерусалим, не только, чтобы помочь обороне города, но и для того, чтобы найти для себя безопасное место. Верующие в Вифлееме были в страхе, потому что эти неверные могли вторгнуться в их город и снести церковь, которую христиане неоднократно искупали от разрушения у этих же врагов путем выплаты крупных сумм денег. Просьбы этих верных братьев были выслушаны с любовным благочестием. Герцог приказал сотне легковооруженных всадников, отобранных из своей собственной свиты, поспешить в Вифлеем для помощи местным христианам... Между тем, остававшиеся в лагере, все больше жаждали снова пуститься в путь. Мысль о том, что они были близки к Святым местам, любовь и почитание которых позволило им выдержать вот уже в течение трех лет столько лишений и опасностей, не давала им уснуть. С нетерпением они ждали прихода рассвета, чтобы увидеть успешное окончание их странствования и счастливое завершение своего долгого паломничества. Часы ночи казались длиннее обычных, как будто бы ночь не давала наступить утру. Для их жаждущих сердец, любая задержка была невыносимой и опасной, ибо, как говорит пословица, "Жаждущему сердцу никакая спешка не покажется достаточной"; и еще одна, "Желание растет из-за задержки". Когда стало известно в лагере, что герцог принимал посланников от жителей Вифлеема, и направил воинов из армии к ним на помощь, народ больше не стал ожидать ни разрешения на отправку, ни благоприятного времени, то есть зари. Воодушевляя друг друга, и ругая задержку, они вышли из лагеря посреди ночи, полностью пренебрегая приказами князей.

(Вильгельм Тирский, «История деяний в заморских землях», Книга VII, гл. 24-25, написано между 1170 и 1184 гг., перевод наш с издания: «Recueil des historiens des croisades», «Historiens occidentaux», т. 1, ч. 1, Paris, 1844, стр. 315-317, см. здесь).

Вильгельм Тирский упоминает Эммаус в своем сочинении еще раз в описании Святой Земли:

«Известно, что Иерусалим, святой и возлюбленный Богом город, расположен посреди высоких гор. Древние предания говорят, что он находился в пределах колена Вениаминова. К западу от него находилось колено Симеоново, страна филистимлян и Средиземное море. Море находится от него на расстоянии 24 миль в самой близкой к нему точке, близ древнего города Иопии. Между Иерусалимом и морем находится село Эммаус, впоследствии названное, как я уже сказал, Никополем, и где Господь явился двум Своим ученикам по Воскресении Своем. Там находится также Модиин, счастливая крепость Маккавеев; Нов, город священников, где Давид и его спутники, будучи голодными, ели освященные хлеба, данные им Первосвященником Ахимелехом; Диосполь или Лидда, где Петр исцелил расслабленного Энея, лежавшего на ложе своем 8 лет; и наконец, Иоппия, где Петр воскресил Тавифу…»

(Вильгельм Тирский, «История деяний в заморских землях», книга VIII, гл. 1, перевод наш с издания: «Recueil des historiens des croisades», «Historiens occidentaux», т. 1, ч. 1, Paris, 1844, стр. 320, см. здесь).

Очевидно, что Вильгельм использует в своем труде информацию, почерпнутую в сочинениях древних византийских авторов (см.: Византийский период), которые отождествляли Эммаус с городом Никополем в долине Айалон. Он упоминает Эммаус среди других селений, находящихся на прибрежной равнине (Шфела): Модиин, Нов (т. е. Бейт-Нуба, сегодня Мево-Хорон), Лод, Яффо. Можно утверждать, таким образом, что согласно Вильгельму Тирскому, привал крестоносцев в Эммаусе имел место именно в долине Айалон.

Эммаус-Никополь на карте Святой Земли 12-го века, основанной на описаниях Евсевия Кесарийского и св. Иеронима (Британская библиотека, Лондон), см.: P. D. A. Harvey, «Medieval Maps of the Holy Land», London, The British Library, 2012, стр. 40-59.

Крестоносцы, по-видимому, нашли храм в Эммаусе-Никополе уже разрушенным. Русский игумен Даниил, посетил Эммаус в 1106 году и свидетельствует о его разорении:

«А от Рамы к западу четыре версты до Ельмауса, где Христос в третий день по воскресении явился Луке и Клеопе, когда они шли из Иерусалима в село, и где ими узнан был Христос по преломлению хлеба. Здесь находилось то большое село. На том месте была построена церковь. Ныне же разорено все погаными, и село то Ельмаус пусто. А место, где оно было, в стороне от проходящей там дороги за горою; по правую руку, когда идешь от Иерусалима к Яффе. А от Ельмауса до Лидды четыре версты. По полю надо идти до Лидды...»

(«Житье и хожение Даниила, Русьскыя земли игумена», перевод Г. М. Прохорова, оригинал опубликован в Православном Палестинском сборнике, 8-ой и 9-ый выпуски, СПб, 1885 г., стр. 86, см. здесь ).

Средневековые паломники зачастую называют неточные расстояния между Эммаусом и другими местами Святой земли. Согласно игумену Даниилу, Эммаус находится на полпути между Рамой (гробницей Пророка Самуила) и Лиддой (Лодом), что соответствует местоположению Эммауса-Никополя, однако число верст, указанное Даниилом, является неправильным (4 версты = 4,2 км).

Кастеллум Арнальди (источник: Wikimedia Commons, автор: Bukvoed)

В начале господства крестоносцев в Святой Земле, король Балдуин Первый построил в районе Эммауса замок Кастеллум Арнальди (Шастель Арнуль, Шато Эрно), контролировавший доступ к Иерусалиму с Запада по северной дороге (ныне Тель Айалон, на территории Парка Канада).

Кастеллум Арнальди был разрушен армией Фатимидов в 1106 году (см.: Альберт Аахенский, «История похода на Иерусалим», Книга Х, 10-14), а в 1132-1133 гг. восстановлен Иерусалимским Патриархом Вармундом (Warmund) (см. Вильгельм Тирский, «История деяний в заморских землях», Книга XIV, глава 8). (См.: Adrian J. Boas, «Archaeology of the Military Orders», London-NY, 2006, стр. 113-114, 233).

Около 1140 года важным событием в истории Эммауса стала постройка на расстоянии одного километра к югу от него замка Торон (Torón de los Caballeros, Toron Militum), ныне известного под названием Латрун. Замок этот был построен испанским графом Родриго Гонсалесом, и принадлежал рыцарям Храма (Тамплиерам):

«После этого, граф Гонсалес поцеловав руку короля на прощание и простившись со своими товарищами, отправился далеко в Иерусалим, и много сражался там с неверными. Он также построил очень крепкий замок против Аскалона, прозванный замок Торон. Граф снабдил его (гарнизоном) рыцарей и пехотинцев, а также провизией, и передал его Тамплиерам. Затем он пересек Адриатическое море и, в конце концов, вернулся в Испанию.»

(Chronica Adefonsi Imperatoris, Книга 1, 48, написано в середине 12-го века (события 1137-1141 годов), Национальная библиотека Испании, MSS 9237, перевод наш, оригинальный текст здесь,

Развалины Латрунского замка

Можно предположить, что храм в Эммаусе был восстановлен приблизительно в то же время. Крестоносцы возвели здание храма в типичном для той эпохи романском стиле, пристроив его к сохранившейся восточной стене Византийской базилики. Никаких конкретных сведений о предназначении храма в эпоху крестоносцев у нас нет. Большая часть информации об этой эпохе исчезла, к сожалению, в результате недостаточно научного характера раскопок, осуществленных в конце 19-го века в районе церкви (см.: D. Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, т. 1, стр. 59, см. здесь). До наших времен дошли лишь две полуразрушенные стены храма, пристроенные к центральной византийской абсиде. Крыша церкви была снесена, предположительно, в 1834 году, во время подавления египетской армией восстания арабского населения Палестины. (См.: Vincent, Abel, «Emmaüs», Paris, 1932, стр. 381, см. здесь).

Реконструкция храма крестоносцев в Эммаусе-Никополе, выполненная архитектором Ааро Сёдерлундом (©Aaro Söderlund)

До начала 20-го века сохранялась перегородка, ограничивавшая во времена крестоносцев алтарную часть храма. Эту перегородку можно видеть ещё на ранних фотографиях церкви, однако она исчезает во время Первой Мировой войны, по-видимому, в то время, когда турецкая воинская часть стояла лагерем в руинах храма. Фотографии: Ecole Biblique de Jérusalem

Плита голубого мрамора, служившая притолокой или заалтарным ретаблем в храме крестоносцев в Эммаусе. Изображение Агнца Божия и латинская надпись «…S LIBRAT QWI SIDERA PALMO CMPOHET» («Кто исчерпал воды горстью своею и пядью измерил небеса» - цитата из книги Исаии 40,12). (находится в монастыре Латрун, см. F.-M. Abel, «Retable médiéval d’Amwas avec inscription», журнал «Vivre et penser», 1941, см здесь).

Замок Латрун до сих пор полностью не изучен археологами. В нем находилась, среди прочего, церковь, которая упоминается паломниками вплоть до 16-17 веков.

Тамплиеры связывали, по-видимому, Латрун с Маккавеями и помещали там Модиин. В одной из средневековых летописей замок упоминается под именем «Turemod» или «Turemund», то есть «Торон Модиинский» (См.: Denys Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1998, т. 2, стр. 5-6, см. здесь; Vincent, Abel, «Emmaüs», Paris, 1932, стр. 372-374, см. здесь). Повествования средневековых христианских паломников упоминают в районе Эммауса-Латруна гробницы Маккавеев (см. Мамлюкский период). Эта традиция сохранялась в памяти христиан до 19-го века (см. Османский период).

Капитель эпохи крестоносцев из замка Латрун (находится в Стамбульском археологическом музее).

ЭММАУС В АБУ-ГОШЕ


Со второй половины 12-го века рассказы западных христианских паломников помещают Эммаус в районе нынешнего селения Абу Гош. Самый ранний известный текст, напрямую свидетельствующий о такой идентификации, относится к 12-ому веку:

«Селение Эммаус, находящееся на расстоянии одной большой мили от дома Захарии (т. е. от Эйн Карема) и на таком же расстоянии от Иерусалима… В этом селении, в том месте, где Господь явился двум ученикам, теперь есть церковь.»

(Белард из Асколи, «Паломничество в Иерусалим», датируемое между 1112 и 1165 гг., перевод наш с издания: D. Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1993, т. 1, стр. 7, см. здесь).

Деталь карты Святой Земли первой половины 13-го века, находится в Corpus Christi College, Оксфорд. Эта карта была впервые опубликована в: R. Röhricht, ZDPV 18, 1895, Tafel VI, см. также: P. D. A. Harvey, «Medieval Maps of the Holy Land», London, The British Library, 2012, стр. 65.

Эммаус изображен к югу от гробницы пророка Самуила, в районе Абу-Гоша или Моцы.

Перенос местонахождения Эммауса в Абу Гош произошел по практическим соображениям. Паломникам было легче добираться туда из Иерусалима, и, кроме того, дистанция соответствовала расстоянию в 60 стадий, упоминаемому во многих новозаветных рукописях. (см. Vincent, Abel, «Emmaüs», Paris 1932, стр. 386-387, см. здесь; Carsten Thiede, «The Emmaus Mystery», London-NY 2005, стр. 62-63).

Историк Ронни Элленблюм пишет:

«Дорога паломников (из Яффо) на Иерусалим в 12-ом веке не проходила через Абу-Гош… почти все путешественники и армии, шедшие на Иерусалим в 12-ом и 13-ом веках, шли по северной дороге, проходившей через Эммаус-Никополь, Бейт-Нуба (Бетнобль), эль-Кубейбе (Парва Махомерия), и эль-Наби Самуил (Монс Гаудии). Южная дорога через Абу-Гош использовалась в раннеарабский период, но почти полностью вышла из употребления в 12-ом веке.»

(Ronnie Ellenblum, «Frankish rural settlement in the Latin Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1998, стр. 115, перевод наш

Паломники направлялись в Эммаус-Абу Гош из Иерусалима, проходя через Эйн Карем:

«...Оттуда доходят до (храма) св. Иоанна, называемого также «Лесным» (ныне Эйн Карем), где жили его отец Захария и мать Елисавета, и где сам св. Иоанн родился, куда также пришла св. Мария, после того как получила приветствие от Ангела в Назарете, и где она поприветствовала Елисавету. Около этого места находятся горы Модиина, где жил Маттафия со своими сыновьями, когда Антиох захватил город и детей Израиля. Эти горы называются теперь Бельмонт (Цуба). Близ этих гор находится селение Эммаус, которое теперь называется Фонтенуа (Fontenoid), в котором Господь явился двум ученикам в день Своего Воскресения. Недалеко оттуда находятся горы Эфраима…»

(Немецкий монах Теодорик, «Книжка о Святых Местах», написано ок. 1172 г., перевод наш с издания: «Theodorici Libellus de Locis Sanctis», Titus Tobler, изд., St. Gallen-Paris, 1865, стр. 86-87, см. здесь).

Мы видим из текста Теодорика, что Модиин был «перенесен» в район Абу-Гоша вместе с Эммаусом, то есть, что Евангельский Эммаус и Эммаус Маккавеев никогда не представлялись христианским паломникам, как два различных места.

Римско-византийское наименование Эммауса - «Никополь» - также переносилось на Абу-Гош:

«В тот же день, когда наступал вечер, Христос, скрываясь под образом путешественника, явился двум ученикам. Скорбя о Его смерти, они шли в Никополь, то есть Эммаус, селение в 6 милях от Иерусалима. Они пригласили Его к себе в гости и узнали Его при преломлении хлеба, но Он сразу же исчез.»

(Немецкий паломник Иоанн из Вюрцбурга, «Описание Святой Земли», написано около 1170 года, перевод наш с издания: «Descriptiones Terrae Sanctae», Titus Tobler, изд., Leipzig, 1874, стр. 146-147, см. здесь).

В Абу Гош была перенесена и традиция об «источнике Эммауса», упоминаемом в византийскую эпоху в Эммаусе-Никополе:

«В трех лигах к Западу от Иерусалима есть источник, называемый источник Эммауса. Раньше там было селение (castellum), и, как рассказывает Евангелие, Господь шел в это селение с двумя учениками после Своего Воскресения, и присел поесть у этого источника, но они не узнали Его, пока Он не преломил хлеб. Тогда Он стал невидим для них, и они вернулись в Иерусалим к Апостолам рассказать им, как говорили с Ним.»

(Французское описание Святой Земли «La citez de Jerusalem», написано ок. 1187 года, перевод наш с издания: «Itinéraires à Jérusalem, descriptions de la Terre Sainte» , Henri Michelant, Gaston Raynaud, изд., Geneve, 1882, стр. 47-48, см. здесь).

Средневековая церковь в Абу Гоше находится над источником, что помогло современным исследователям идентифицировать Эммаус крестоносцев именно там. Церковь была построена около 1140 года или немного ранее (см. D. Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1993, т. 1, стр. 16, см. здесь).

Начиная с 1141 года «земля Эммауса» перешла под контроль ордена Госпитальеров. Ниже приводится один из средневековых текстов, в котором говорится об этом событии:

«Я, Вильгельм, по обилию милосердия Божьего Патриарх Иерусалимлян и Святого Града, счел необходимым доверить бумаге договор или дружественное соглашение, заключенное между братьями Госпитальерами и Робертом из селения Сен-Жиль и его супругой, с согласия виконта Рохарда и его супруги Гиллы и с согласия и поощрения Господина Короля Фулька и королевы Мелисенды, как это было решено и сделано в моем присутствии в Иерусалиме и Неаполе, а именно: Упомянутый Роберт с супругой передаёт Храму Святого Иоанна Крестителя при Госпитале, Раймонду, Магистру Дома, и всем другим братьям Госпитальерам в настоящем и будущем, землю Эммауса с её селениями, и всем, что к ним относится, которыми он обладает ... в границах владения Рохарда и супруги его. Согласно этому договору, вышеупомянутые братья Госпитальеры будет платить ему и его наследникам на Пасху годовую арендную плату в 250 безантов ... земля же, и все что на ней, будет принадлежать Госпиталю на неограниченный срок, при условии что братья Госпитальеры не нарушат вышеупомянутого договора ...»

(Картуларий капитула каноников Храма Гроба Господня, 1141 г., см.: « Cartulaire de l'ordre des Hospitaliers », 113-114, Delaville le Roulx, изд., Paris 1894 – 1906; Vincent, Abel , «Emmaüs», Paris 1932, стр. 423-424; Geneviève Bresc-Bautier, « Cartulaire du chapitre du Saint-Sépulcre de Jérusalem », Paris 1984, стр. 226, перевод наш, оригинальный текст здесь; см. также: https://epistolae.ctl.columbia.edu/letter/1470.html;).

Большинство историков считают, что речь в этом тексте идет о землях в районе нынешнего Абу-Гоша. См.: Ronnie Ellenblum, «Frankish Rural Settlement in the Latin Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1998, стр. 109-118, D. Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 2009, т. 4, стр. 249, см. здесь.

Некоторые исследователи не согласны с тем, что Абу Гош являлся Эммаусом крестоносцев. (См.: Michael Ehrlich, «The Identification of Emmaus with Abu Gosh in the Crusader Period Reconsidered», ZDPV 112 (1996) 2). Есть некоторые свидетельства, которые позволяют предположить, что Эммаус крестоносцев находился в районе селения Моца. См. Vincent, Abel, «Emmaüs», стр. 382-385, см. здесь, а также Частые вопросы об Эммаусе, Вопрос 3.

Около 1170 года район Эммауса при долине Айалон посетил раввин Вениамин Тудельский, который первым из средневековых путешественников упоминает крепость Латрун (Торон-де-лос-Кавальерос), построенную приблизительно за 30 лет до того:

«... На расстоянии пяти фарсахов (ок. 30 км) оттуда находится Бейт Гуврин, древняя Мареша, где есть всего три еврейских жителя. В пяти фарсахах оттуда находится Торон-де-лос-Кавальерос. (...) Оттуда в трех фарсахах - Сен-Самуэль де-Сило, то есть Шило, отстоящий на два фарсаха от Иерусалима ...»

(«Путешествия Вениамина Тудельского», 2-ая половина 12-го в., перевод наш с издания: I. D. Eisenstein «אוצר מסעות, A Compendium of Jewish Travels», NY 1926, стр. 28, см. здесь).

Вениамин Тудельский, гравюра художника Поля Дюмуза (Paul Dumouza)

В 1185 году Эммаус посещает греческий паломник Иоанн Фока:

«От святого града Иерусалима примерно в шести милях находится город Армафем, в котором родился великий пророк Самуил. И за ним примерно в других семи милях, или немного дальше, находится большой город Эммаус, лежащий среди ложбины на возвышенном холме, таким образом примерно на двадцать четыре мили раскидывается страна Рамбле (Рамле), и храм громадный Святого великомученика Георгия, который и родился в этих местах, и за благочестие подъял величайшие подвиги, где находится и его священный гроб (в Лоде).»

(Иоанн Фока, «Сказание вкратце о городах и странах от Антиохии до Иерусалима, также Сирии, Финикии и о Святых Местах Палестины», перевод И. Троицкого, Православный Палестинский сборник, том VIII, выпуск 2, СПб, 1889, стр. 57; см. оригинальный греческий текст здесь).

Согласно Иоанну Фоке, Эммаус являлся тогда большим городом. Можно предположить, таким образом, что здесь находилось сельскохозяйственное поселение, построенное крестоносцами. Такое поселение могло просуществовать лишь до момента завоевания Иерусалимского королевства Саладином, султаном Египта и Сирии, в 1187 году (D. Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1993, т. 1, стр. 53, см. здесь). Этот год был ознаменован победой Саладина над крестоносцами в битве при Хаттине, в результате которой, в частности, Великий магистр ордена Тамплиеров Жерар де Ридфор был взят в плен сарацинами. В том же году Саладин занял Иерусалим и бóльшую часть городов Палестины. Крепость Латрун была сдана Тамплиерами Саладину в 1188 году, в обмен на освобождение их Великого магистра.

Начиная с 1189 года новые силы крестоносцев высаживаются в Святой Земле для борьбы с Саладином (Третий Крестовый поход). Отступая перед лицом крестоносцев, Саладин разрушает стены нескольких крепостей, в том числе Латрунской (2 декабря 1191 г.), см.: Баха ад-Дин, «Саладин, победитель крестоносцев», ч. 2, гл. 123, А. Владимирский, пер., СПб, 2009, стр. 222. Король Англии Ричард Львиное Сердце наступает на Иерусалим и 22 декабря 1191 прибывает в Латрун, где и проводит праздник Рождества. В июне 1192 года Ричард Львиное Сердце возобновляет поход на Иерусалим. Его армия стоит в Латруне, в Кастеллум Арнальди (нынешний Тель-Айалон) и в Бейтонопле (Бейт-Нуба, нынешний Мево-Хорон). В этом контексте мы находим новые упоминания Эммауса:

«Когда король (Ричард) со всем своим войском пришел в замок Эрнальд и Бетонобль (Бет-Нубе) близ Эммауса, верные ему бедуины сообщили, что весьма большое войско направляется в Иерусалим из Вавилонии...»

(Ральф из Когишела, Ralph of Coggeshall, «Chronicon Anglicanum», летопись написанная в начале 13-ого века, события 1192 г., перевод наш с издания: «Radulphi de Coggeshall Chronicon Anglicanum», Joseph Stevenson, изд. London, 1875, стр. 37-38, см. здесь)

«На третий день, т.е. девятого июня, армия без помех и несчастий прибыла в Торон Рыцарей (Латрун). В ту ночь наши захватили четырнадцать парфян, сошедших с гор с целью грабежа. На следующий день, после обеда, армия двинулась к замку Арнольда. Король шел во главе её со своими собственными воинами. Он приказал поставить себе шатер на правой, более высокой стороне замка. На следующий день прибыли французы, и вся армия отправилась в Бетенопль (Бет-Нубе), где она пробыла некоторое время в ожидании графа Генриха, которого король Ричард послал в Акко, чтобы привести находившихся там без дела ... На следующий день после дня апостола Варнавы, в пятницу, разведчик донес королю о турках, устроивших засаду в горах, чтобы нападать на путешествующих. В самый ранний рассветный час король отправился на поиски их и, придя к источнику Эммауса, застал их врасплох, убив из них двадцать, обратив остальных в бегство и захватив вестника Саладина, привыкшего провозглашать его указы ...»

(Английская летопись «Itinerarium Regis Ricardi», написанная в нач. 13-ого в., книга 5, гл. 49, события июня 1192-го года, перевод наш с издания: «Itinerarium peregrinorum et gesta regis Ricardi». William Stubbs, изд., London, 1864, стр. 368-369).

Согласно историку Д. Принглю, Эммаус, упоминаемый в этом тексте, - это Абу-Гош. По мнению Прингла, Амвас (Эммаус-Никополь) был оставлен жителями уже в 1187-ом году и не упоминался в хрониках Третьего Крестового похода. (см. D. Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1993, т. 1, стр. 8 и 53, см. здесь).

В конце концов, король Ричард решает не осаждать Иерусалим и уходит в Акко, планируя поход на Бейрут. Саладин занимает Латрун и стоит там до октября 1192-го года. В августе-сентябре 1192 года, после нового сражения за Яффо, Ричард и Саладин заключают мирный договор, по которому крестоносцы сохраняют за собой прибрежную полосу между Яффо и Тиром. Бóльшая часть страны остается в руках мусульман. В 1193 году сын Саладина, аль-Афдаль, назначает эмира для управления Латруном, что подчеркивает важность этого места, находившегося на дороге из Яффо в Иерусалим. (Баха ад-Дин, «Саладин, победитель крестоносцев», ч. 2, гл. 181, А. Владимирский, пер., СПб, 2009, стр. 308).

В конце 12-го века Эммаус приобретает новое религиозное значение для мусульман: персидский путешественник аль-Харави, которому Саладин оказывал покровительство, в рассказе о своих странствиях впервые упоминает наличие в Эммаусе многочисленных могил сподвижников Магомета, жертв эпидемии чумы 640-го г. н. э.:

«‘Амвас. Здесь имеются гробницы многих сподвижников пророка и их последователей, умерших тут от чумы. В числе их называют 'Абд-ар-Рахмана-ибн-Му'аз-ибн-Джебеля и его детей; Хариса-ибн-Хишама, Сухейля-ибн-'Амра и многих других, место погребения которых в точности неизвестно.»

(Аль-Харави, «Книга указаний касательно знания мест поклонения», написано в конце 12-го в., перевод: Н. А. Медников, «Палестина от завоевания ее арабами до крестовых походов по арабским источникам», «Православный Палестинский Сборник», т. 17, выпуск 2 (2), СПб 1897, стр. 966).

Об этих гробницах см.: Раннеарабский период.

Римско-византийские термы в Эммаусе, служившие складом в эпоху крестоносцев. Почитаются мусульманами как гробница Абу-'Убейды, одного из сподвижников Магомета.

В течение 13-го века Латрунская крепость продолжает служить мусульманам базой в борьбе с крестоносцами.

К концу 13-го века новым правителям Египта, мамлюкам, удается окончательно изгнать крестоносцев из Святой Земли. Традиция Эммауса в Абу Гоше начинает исчезать, и одновременно появляется новый Эммаус, на северной дороге в Иерусалим, в селении Парва Махомерия (сегодня – Кубейбе). См.: Мамлюкский период.

Абу-Гош остается забытым до начала 16-го века, когда христианские паломники начинают упоминать его как Анатот, селение пророка Иеремии (D. Pringle, «The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem», Cambridge, 1993, т. 1, стр. 8, см. здесь.)

Дороги между Яффо и Иерусалимом в эпоху Крестовых походов (Карта «Palestine of the Crusades» составлена Ф. Дж. Салмоном (F. J. Salmon), опубликована в 1924 г. в Яффо). На этой карте Эммаус-Никополь указан как Имуас (Imwas), Абу-Гош - как источник Эммауса, Фонтенуа (The spring of Emmaus, Fontenoid), а Кубейбе - как Малая Махомерия (La petite Mahomerie).